На главную Публицистика Политика
5

Зови меня вандалом…

Светлана Замлелова

 

Зови меня вандаломСША всё больше напоминают эдакого Карабаса Барабаса с плёткой и большим ящиком, из которого одна за другой извлекаются на свет Божий уродливые куклы. Раз!..  И вот вам Усама бен Мухаммад бен Авад бен Ладен. Два!.. А это оппозиционер-сиделец, мученик за народ. Три!.. А это и сам угнетённый народ. Четыре!.. Пожалуйте – укр-бандерлог. Пять!.. Ибрагим Аввад Ибрагим Али аль-Бадри, он же Абу Бакр аль-Багдади, он же халиф Исламского государства Ирака и Леванта. Это ничего, что США называют ИГИЛ своим врагом №1. Зато на фотографиях 2013 г., сделанных в Сирии, Абу Бакр прекрасно себя чувствует рядом с Джоном Маккейном.

 

Это ничего, что США называют ИГИЛ своим врагом №1. Зато на фотографиях 2013 г., сделанных в Сирии, Абу Бакр прекрасно себя чувствует рядом с Джоном Маккейном.Наперебой появляются куклы-уродцы под щелчки карабасовской плётки. То свергают правительства, то расстреливают мирных граждан, то памятники кувалдами громят… Словом, чувствуется общий ящик и одна на всех плётка. Но кроме выучки и муштры некоторые куклы ещё кое в чём похожи. Впрочем, что же может быть общего между украинскими русофобами и строителями молодого государства Ирака и Леванта? Общего, однако, немало. Ну, во-первых, и те, и другие – люди избранные. Богом, судьбой, природой – это уже не так важно. Главное, что они особенные и горды этим. Избранничество одних связано с религией, других – с нацией. Одни защищают чистоту веры, другие – чистоту и жизненное пространство нации. При этом и те, и другие самозабвенно разрушают всё, что связано с другими верами и другими нациями. Правда, поговаривают, что защитники веры не столько разрушают, сколько имитируют разрушения, приторговывая артефактами. То есть стоит себе какая-нибудь статуя в частном собрании, а наивное человечество уверено, что на неё, как на неугодную Аллаху, давно опустился молот поборника истинного ислама. Защитники нации, очевидно, пока не поняли конъюнктуру и простодушно разбивают произведения искусства. Хотя в другом и они уже делают серьёзные успехи. Опять же поговаривают, что на оккупированной Киевом части Донбасса уже с десяток плантаций опиумного мака. Да и насчёт продажи органов слухов ходило немало. Что уж говорить о похищениях людей, пытках и казнях… Но поражает не просто сходство, а то, что сходство это обнаружилось у столь разных и далёких друг от друга народов, что сошлись они не в чём-нибудь, а именно в худших проявлениях – в дикости, невежестве, жестокости. То есть именно в том, что традиционно приписывается как первобытным народам, так и социальным низам вполне развитых и цивилизованных обществ.

 

Зови меня вандалом...

Насчёт Ирака и Леванта судить не берёмся, но вот Украина действительно на глазах поглупела и одичала. Спросите, например, рядового украинца, что он думает о сносе памятников Ленину. Знаете, что он ответит? Нет, речь пойдёт не о запрете коммунистической символики. Это придумали недавно, а Ленин падал на протяжении всего 2014 г. Впрочем, вариантов может быть несколько. Ультрарадикальный украинец ответит что-то вроде: «Он русский. А я ненавижу русских!» И помчится крушить памятники Пушкину. Украинец умеренный с теми же самыми интонациями, с которыми П.А. Порошенко обычно произносит «Я – президент мира» (кстати, посмотришь на него, да и призадумаешься: в каком это он смысле…), так вот, умеренный украинец фальшиво-слезливо объяснит вам, что Ленину поделом, поскольку он церкви ломал. Объяснит и обнаружит тем самым, что утратил способность рассуждать и критически мыслить. Ведь получается почти как в том самом парадоксе про лжеца, когда некий человек сообщает, что все жители его города лжецы. Если укры валят памятники Ленину из мести за церкви, значит, Ленин поступал нехорошо, разрушая церкви, то есть, разрушать нехорошо, а значит, укры поступают нехорошо, и оправдания им нет. Если же предположить, что Ленин поступал хорошо, значит, и укры поступают хорошо. Но тогда к Ленину не может быть претензий, и укры попросту сумасшедшие. Не менее парадоксален и закон о запрете коммунистической символики. Можно подумать, что Киеву так надоели пятиконечные звёзды, которыми, кстати, пестрит их любимый американский флаг, и серпы с молотами. А земелька, подаренная коммунистами, заводики и всеобщее, среднее бесплатное – это так, ничего, сойдёт.

 

Стоит обратить внимание, что и сегодняшняя Украина, и государство Ирака и Леванта – это продукт деятельности оппозиции, горячо поддерживаемой США сотоварищи. Причём оппозиции разным режимам, в разных странах. Но что же происходит, что оппозиция в современном мире, нужнейшая, казалось бы, общественная прослойка, готовая указать на недоработки правительства и предложить собственную программу развития страны, на поверку оказывается ордой, диким и воинственным племенем, незнакомым с культурой и чуждым цивилизованности?

Прежде всего, конечно, дело в распространённой сегодня особенности называть явления не имеющими к ним отношения словами. Совсем по Соссюру: отрыв означающего от означаемого. Оппозиция, конечно, штука полезная. Но в том-то всё и дело, что этим словом называют, как правило, совершенно другое явление, а именно: ударную силу, собранную и поддерживаемую извне для влияния на внутренние политические процессы в интересах третьей стороны. При этом сама эта сила может выйти из-под контроля её создателей и начать жить собственной жизнью.

 

Заказчиком в таких делах выступают сегодня, как правило, США, создавшие и внедрившие по всему миру новую систему по контролю над массовым сознанием. Ведь кучка предателей едва ли способна без широкой поддержки осуществить государственный переворот. Именно поэтому идёт активная и весьма эффективная борьба за умы. Повсюду распространяются идеи, рассчитанные на приятие и веру. Идеи могут быть самыми бредовыми, но их успешное внедрение и вера в них зависят не от красоты и глубины самих идей, а от методов внедрения. Вспомним, например, чему и во что поверили украинцы. Идея европейского рая была спущена сверху и очень быстро покорила обывателя. Выраженная в одном слове – «Европа» – эта идея вызывает в обывательском сознании яркий, обольстительный образ. Даже многие из тех украинцев, что сохраняют и поныне здравомыслие, говорят о Европе не иначе как с пиететом. В слове «Европа» для украинца соединяются всеобщее благоденствие, изобилие, чистота, принципиальная и ненарушимая, необыкновенная культура, как в смысле поведения, так и в смысле осведомлённости, никем и никогда не попираемый закон, бескорыстие, честность, недосягаемое достоинство и все прочие человеческие добродетели и блага. Словом, обычная хилиастическая идея, мечта о счастье и блаженстве, разделяемая даже некоторыми религиозными лжеучениями. Эпоха Майдана на Украине также сформировалась под влиянием этой идеи. И до тех пор, пока она не потеряет своей привлекательности для граждан Украины, эпоха Майдана не закончится. Точно так же никуда не денется ИГИЛ, пока жива и востребована идея создания Всемирного халифата.

 

В том или ином виде ИГИЛ и Майдан соберутся вновь и снова заявят, что «Украина це Эвропа» или что США, ЕС и Россия – три сатаны. В том-то всё и дело, что идеи так просто не отмирают, особенно те идеи, что перешли в область ощущений и воспринимаются как нечто, само собой разумеющееся. Как и глубоко верующий, которому не нужны доказательства бытия Божия, потому что всем своим существом ощущает он близость Бога и помощь святых Его, так и украм не нужны доказательства того, что Европа – лучшее место на земле и что Украина тоже имеет право на это место, а занять его мешает Россия.

 

Казалось бы: глупо, наивно. Но двадцати лет вполне достаточно, чтобы склонить в новую веру, какой бы глупой и наивной она ни была.

 

С распадом СССР в России появилось множество сект, распространявших страшную чушь. Но в самое короткое время эти секты обзавелись армиями адептов, уверовавших в такие нелепые россказни, что разубеждать их приходилось реабилитационным центрам. Сект было очень много, но все они имели одинаковую структуру, методы вербовки и контроля сознания новых членов. Все они неплохо приноравливались к поп-культуре и современному маркетингу, говорили о понятных для большинства вещах и всегда находили выход на аудиторию. Кроме того, все порядочные секты были связаны с крупным капиталом, СМИ, а также спецслужбами. Родина многих сект – Соединённые Штаты Америки.

 

Потом сектанты поутихли, зато примерно в то же время в моду стали входить цветные революции и всякие разные оппозиции. Как будто обкатанные на религиозном материале методы приложили к материалу политическому.

 

Что же такое секта? Секту можно определить как псевдорелигиозное объединение, располагающее вероучением и прочими внешними атрибутами религии, как то: святыми, учителями, священными предметами и местами. Секта существует с целью обогащения одних посредством обмана и эксплуатации других. Кроме того, для секты всегда характерно чувство избранности, чувство своей миссии, чувство верного и спасительного знания, чёрно-белое восприятие действительности и отрыв от внешнего мира, с чем связано нарушение восприятия действительности, а также свой особенный язык. Но стоит только наложить эту нехитрую схему на коллективный портрет хотя бы российской либеральной оппозиции или майданной Украины, или государства Ирака и Леванта, как становится ясно: всё это самые обыкновенные секты. И если где-то заговорили о борьбе несистемной оппозиции с действующей властью, можно смело утверждать, что появилась новая секта.

 

В случае же с Украиной речь вообще идёт о секте в масштабах государства, поскольку залогом незалежности этой страны является именно её нетождественность России. То есть, по сути, Украина сама есть оппозиция. Оппозиция России, а русские Украины, как сейчас принято говорить, это «другие русские». Видимо, хорошие, правильные, избранные, с чувством спасительного знания и т.д. Именно поэтому российской либеральной оппозиции так близка сегодняшняя Украина: по смысловой наполненности, по ценностной устремлённости это одно и то же. Это – принципиальная «Нероссия», это секта русских и русскоговорящих, исповедующих вероучение о том, что Россия олицетворяет зло, а Запад во главе с США – добро.

 

Вспомните нашу оппозицию времён «болотных стояний». Чего только не приходилось слышать от рядовых участников протестов в адрес оппозиционных лидеров! «Лёша Навальный бьётся за то, чтобы у наших стариков была достойная пенсия». «Я не видел политика более честного и искреннего, чем он». Это всё про того же Лёшу. Ну чем не секта навальнитов? А как мужественно они кусали полицию или бросались на неё с кусками асфальта? А как они картинно позволяли вести себя к автозакам? Того гляди крикнут: «Наши придут и отомстят за меня!» Приятно, чёрт возьми, чувствовать себя героем! Особенно когда ногтей не вырывают, звёзд на груди не выжигают, даже водой холодной на морозе не поливают. Но всё это – увы! – совершенно типично, потому что современный человек существует в системе знаков. Ценности и идеалы потеряли свою актуальность в обществе потребления и подменяются наслаждением, эмансипацией личности, освобождением от давления требований действительности и морали. Современный человек существует, прежде всего, так, как ему удобно и приятно. Но в то же время, не имея жёсткой опоры в жизни, человек судорожно ищет эту опору вокруг себя и готов подчас опереться на первую попавшуюся клюку. Эта человеческая слабость, как, впрочем, и любая другая, нещадно эксплуатируется в современном мире, и человеку, ищущему опоры, подсовывают секту.

 

Секта – это тоже симулякр, знак, подмена. Как, например, отличить настоящую оппозицию от секты? Очень просто: если вам не предлагают ничего, кроме веры, перед вами опять же самая обычная секта. Если вместо конкретных требований и программ оппозиционеры с воодушевлением и горящими глазами говорят, что сейчас мы живём в аду, а свергнем Путина (прогоним Януковича, Каддафи, Асада, уничтожим христиан и пр.), и заживём в раю или что сейчас у нас нет свободы, а свергнем Путина, и станем свободны, или что сейчас все воруют, а свергнем Путина, и воровать перестанут – это не оппозиционеры, это симулякры, знаки, освободившиеся от реальности, это символы оппозиционеров. Другими словами – секта. И нужно отдавать себе отчёт: если наши навальниты придут к власти, они тоже начнут переименовывать и громить. Просто потому, что не громить они не могут. Потому что, повторимся, по сути, навальниты, укры, игилы и пр. – всё это одно и то же. Главная особенность сектантов – это изменение сознания, утрата ощущения действительности или чувства реальности. Сектанты могут обманывать или обманываться, но это ничего не меняет. Они не просто перестают понимать и воспринимать другое мнение, отличное от внушённого им сектой. Им подчас невыносимо допустить, что всё вообще может обстоять не так, как они привыкли думать. Потеря ощущения действительности как раз-таки и выражается в диком, аномальном и асоциальном поведении. И людей уже не пугает и не удивляет ни звериная жестокость, ни ненависть, ни вандализм. Взгляните на Украину или ИГИЛ: и там, и там – сжигание людей заживо, убийства мирных граждан, разрушение культурных объектов, воспитание детей в ненависти к русским или христианам. Эти совпадения не случайные, это поведение сектантов.

Для секты главное – не Истина, главное – привлечь на свою сторону как можно больше народу, распространить своё влияние как можно шире и взять под свой контроль сознание привлечённых адептов. Секта – эта та же Матрица. Сегодня пока нет единой Матрицы как в известном фильме. Зато есть множество маленьких Матриц, стремящихся навстречу друг к другу.  

 

Говорят: деньги правят миром. Нужно лишь внести уточнение: современным миром деньги правят через секты. Секта – это религия атомизированного общества, где каждый старается отгородиться от ближнего и от Другого, но в то же время ищет единства с себе подобными и находит его не иначе как в толпе, ни к чему не обязывающей и дарующей безответственность. Это и есть тот самый постмодернизм, то есть равновеликость любых истин, равноправие которых при этом никто не гарантирует.

 

Современный человек, изнеженный, развращённый, утративший веру в идеалы прошлого и цепляющийся за всякой подобие Правды, лишь бы эта правда особенно не обременяла, чрезвычайно удобный материал для сектантов. А сектанты, в интересах чужого дядюшки, могут позвать в рай земной, а могут предложить стать борцом и мучеником, причём мучиться особо не придётся, да и борьба, скорее, окажется похожей на развлечение. Любителям более острых ощущений предложат повоевать, верующим – верить, нетрадиционно любящим – любить вопреки всем традициям. А если будут недовольные – вмешаются, поддержат и загонят недовольных под лавку. Сегодня можно быть кем угодно и оставаться при этом никем. Можно бороться, но не понимать, за что борешься. Можно ненавидеть и не знать, за что.

 

Словом, как говорится, каждый найдёт что-нибудь для себя. Только вот самого себя отыскать всё труднее.

 

2015

 

Нравится
 
Комментарии
Комментарии пока отсутствуют ...
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Создание сайта - Vinchi & Илья     ®© Светлана Замлелова
Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов сети интернет